Хроника - Страница 212

212

Когда они стали громко возражать, что не соответствует их природному достоинству, чтобы те, кого это меньше всего касается, призывали их к защите отечества, князьями и защитниками которого они до сих пор были, некоторые из [саксов] яростно бросились на Дитриха, графа выдающегося достоинства, и убили его, а епископ, его брат и их товарищи бежали. Немедля собираясь отомстить за это оскорбление, епископ Удо прибыл во Фрицлар к Генриху, который вышел ему навстречу, и подчинился его власти. Обещая быть посредником и убедить саксов оставить короля Германа, он получил от Генриха клятву в том, что, если саксы обратятся и признают его отцовскую власть, он никогда не нарушит то право, что со времен их завоевателя Карла они имели как самое удобное и почетное и что если кто-то из его людей обойдется с кем-нибудь из саксов вопреки закону, то он в течение 6 недель со дня объявления ему о случившемся уладит это посредством достойного возмещения. Прочие князья его и епископы также поклялись, что если Генрих когда-либо нарушит это положение, то они не будут ему опорой против Саксонии. Епископ тут же вернулся в свои [земли] и, обещав землякам то, в чем ему присягнули, многих привлек в ту партию, к которой пристал и сам. Генрих, чтобы не упустить столь желанный для него случай, объявил о походе, собираясь напасть на Саксонию. Герман собрался выйти ему навстречу с теми, кто у него еще оставался, но сборам обеих сторон помешал наступивший 40-дневный пост, в течение которого и вплоть до 8-го дня Троицы был клятвенно [обещан] Божий мир и даже оружие носить было нельзя.

В Майнце в день очищения св. Марии [архиепископ] Майнцский посвятил [давно] уже назначенных епископов, а именно Зигфрида Аугсбургского и Нортберта Курского, из которых первый был назначен 7 лет назад, а второй - 4, хотя большую часть Аугсбургской епархии до сих пор удерживал Гвиго, посвященный архиепископом Зигфридом в Госларе при короле Рудольфе. Лицо Саксонии в это время разительно изменилось. Ведь те, которые прежде утверждали, что они противостоят Генриху только ради защиты апостольского престола, которые дали клятву никогда не вступать с ним в общение, пока отлучение не снимет тот, кто его наложил, то есть папа Григорий, забыли уже о том, что этот папа насильственно изгнан, а король Герман бесчеловечно брошен, и не только вступили в общение с Генрихом посредством частых посольств, но и признали его императором, хоть он был посвящен отлученным [от церкви]; они соревновались друг с другом в получении его расположения, полагая, что тот повредит сам себе, кто не сделает Генриха, собиравшегося уже овладеть Саксонией и всем Тевтонским королевством, обязанным себе за свое восстановление. И вот, сговорившись, почти вся Саксония с такой же страстью потребовала себе назад отлученного, с какой яростью прежде изгнала его, еще не отлученного. Правда, архиепископы вместе с епископами возражали, но сказка сказывалась глухим, ибо те, кто был тверд и возрастом, и нравом, а именно Отто, бывший герцогом Баварии, маркграф Удо и граф Дитрих уже умерли, и власть в Саксонии перешла к колеблющейся молодежи. Соблазненные многими обещаниями Генриха, они согласно приняли условие, что никто из них не будет участвовать в лишении Генриха его наследственного королевства, ибо он, познав на себе силу саксов, исправился и намерен соблюдать законы их отцов; у них не осталось более

причин для войны, когда завоевано было то, ради чего они боролись. При таком положении дел ожидалось окончание мирного состояния, а именно середина лета.

Известно, что это решение Вецело, епископа Майнцского и сторонника короля Генриха, противники преследовали столь рьяно, что на состоявшемся позже в Кведлинбурге соборном совещании, в котором принял участие Отто, епископ Остии, легат Гильдебранда, то есть папы Григория, в сильном возбуждении говорили даже о ереси Вецело, самого его назвали ересиархом и обвиняли вопреки догматам самой веры, хотя тот, кто лишен своего имущества, не подлежит действию церковных законов.

Был также проведен собор в Майнце, в св. Альбане, в котором принял участие Генрих и где в присутствии послов ересиарха Виберта и римлян было объявлено о низложении всех мятежных епископов. Там также с общего согласия и совета был установлен мир Божий.

Немного времени спустя, когда император назначал на кафедры устраненных епископом своих сторонников, епископом Вюрцбурга вместо Адальберона был назначен Мейнхард, человек достойного образа жизни, почти никому не уступавший ни в начитанности, ни в талантах, ни в красноречии и достойный быть епископом в более счастливые времена.

Папа Гильдебранд, он же Григорий VII, умер изгнанником в Салерно и был там погребен в церкви; вместо него с согласия апулийских норманнов, Матильды, могущественной дамы в Италии, и прочих приверженцев этой партии был поставлен Дезидерий, римский кардинал и аббат Монтекассино, истинный слуга Христов, вопреки сильному противодействию своего духа и тела; став папой, он принял имя Виктора. Страдая тяжким недугом, он вопреки своей воле, скорее, даже насильно, был возведен в сан верховного понтифика и посредством молитв добился того, что спустя несколько дней ушел из этой жизни. После него теми же выборщиками и епископами на эту должность был избран Отто, епископ Остии, и, изменив имя, стал называться Урбаном.

Итак, когда император Генрих восстановил с саксами мир, Экберт, маркграф Брауншвейга, родственник императора, деятельный духом, отважный и очень богатый, опять начал возбуждать в Саксонии неудовольствие против императора. Узнав об этом, император поспешно вернулся во Франконию.

212